ВЫБОР РОССИИ: РАЗВИЛКИ, УГРОЗЫ, ВОЗМОЖНОСТИ И РЕШЕНИЕ

Территорию России недостаточно защитить от угроз извне, ее необходимо «сшить» инфраструктурно, создавая механизмы инвестирования средств от продажи природных ресурсов в страну. Важно обеспечить общий стандарт качества жизни на всей территории страны. Акцент в развитии страны на Восток – это вопрос национальной безопасности, который обеспечит нам стабильное развитие в XXI веке.

Это не значит, что надо делать там новую столицу, хотя и это возможно. Я считаю, что надо строить за Уралом 5–6 компактных современных городов – «узлы роста», расположенные в зонах хорошего климата, комфортных, куда поедет молодежь (например, Хакасия, юг Красноярского края, Забайкалье, Алтай, Читинская область, Приморье и др.). Нужно создавать точки концентрированного роста за Уралом, развивать там инфраструктуру.

– Каков критерий оценки успешности реализации такой стратегии?

– Социологи фиксируют так называемый индекс счастья, но он эмоциональный, а русский народ – суровый, нам не до улыбок – империю строить надо. Шутка! Более объективный показатель – рождаемость, он отражает уверенность людей в будущем. Ну, и продолжительность жизни, разумеется.

– Пандемия внесла стратегические коррективы?

– Коронавирус всем показал, что если кто и защитит своих людей от эпидемии, то гораздо эффективнее с такими проблемами справляются суверенные государства и Россия прежде всего. Плюс наша модель медицины оказалась более устойчивой к стресс-тесту. Ситуация обрела кризисный характер, мы сгруппировались и мобилизационно сработали.

Дальше мы должны двигаться политически в направлении «народной империи». Звучит пафосно, по сути, это модель «сквозного» управления территорией, основанная на самодержавии. Есть сильный лидер страны – государь, а внизу должно быть сильное местное самоуправление (раньше это называлось земствами).

Бюрократия устраняется от власти и ставится на службу Отечеству – службу статусную и престижную, но очень ответственную, с немалым числом ограничений и под присягой!

Что касается экономической модели, то тут в первую очередь надо обеспечить экономический суверенитет, создавать большие госкорпорации, формировать мобилизационные модели с элементами дирижизма. Это гармонично ложится и в исторические наши основы.

Концентрация ресурсов, позволяющая решать триединую задачу сбережения и преумножения людей и собирания «русского мира». Конечно же, только за счет рождаемости вопрос не решить, надо делать страну привлекательной для людей, которые хотят быть русскими. Это могут быть люди с Украины, из Центральной Азии, дальнего зарубежья.

– Какова в этой конфигурации роль союзников России?

– На смену глобальному миру с одним гегемоном идет мир пан-регионов. Россия должна строить вокруг себя свой пан-регион. 

Надо укреплять отношения с союзниками – с теми, у кого с нами общая история, ценности и технологический уклад. Проверяя крепость союза не только конъюнктурно-материальными соображениями, но и системой военно-политической безопасности, готовностью разделить общую с Россией судьбу, где важны не заклинания в верности, а, к примеру, признание легитимности вхождения Крыма в состав Российской Федерации.

Для полноценного и суверенного экономического развития нужны технологии и нужен внутренний рынок не на 140–150 млн человек, а на 250, а лучше – 350 млн.

Сборка наших союзников и тех, кто хочет быть с нами в коалиции, – это задача первой половины XXI века. Благо нам есть что предложить и ресурсно, и с точки зрения науки, образования, экспорта безопасности.

География – наша судьба! Россия – это ковчег безопасности народов Евразии… Я надеюсь, что через некоторое время наше бывшее постсоветское пространство соберется. И не только оно. Южная Корея – перспективный партнер для технологического сотрудничества. Япония вполне могла бы к нам приглядеться – объективно это ей выгодно и географически, и ресурсно, и для безопасности от того же великого Китая, но она пока фактически оккупирована США. А почему бы и не Германия, если у них хватит сил отстоять свои национальные интересы? Иран – тысячелетняя империя, у нас много общих врагов и интересов. Израиль заинтересован в безопасности и вполне может развивать долговременное сотрудничество с Россией. У нас есть традиционные союзники на Ближнем Востоке – Египет, Сирия и др. Китай, Индия – эти цивилизации, каждая по-своему, являются нашими партнерами.

К слову, вектор «Север – Юг» мне кажется гораздо более перспективным, чем «Восток – Запад». Мы – тот партнер, который, не будучи первым в мире, в коалиции делает ее самой сильной.

IMG_2256.jpg

– В военно-теоретическом журнале «Военная мысль» недавно вышла Ваша статья с предложением создать сеть аналитических мозговых центров в России на базе научных институтов и университетов. Для координации рекомендовано учредить под эгидой Министерства обороны Центр гуманитарных технологий. Что вы понимаете под гуманитарными технологиями, и почему это нужно сейчас?

– В свое время на базе различных дисциплин была сформулирована единая общая теория физики. Сейчас в гуманитарной сфере аналогичные процессы – все начинает подходить под один интеграл: психология, социология, педагогика.

Задача центра – обеспечивать социальную безопасность. Мы уже говорили выше – меняется сам характер военных угроз в сторону гуманитарной составляющей и психологического воздействия.

Если мы не будем владеть ситуацией, работать на упреждение, обеспечивая ментальную безопасность, то мы можем проиграть войну, не вступая в горячую стадию, как это случилось с Советским Союзом.

Поэтому надо готовить кадры, которые будут этими вопросами заниматься. Молодежь, равным образом как и наша история, как институт президентства, так и наша армия и силовики, сейчас под ударом. Поэтому надо готовить специалистов для ментальных войн – тех, кто работает с молодежью, учителей, а также социологов, психологов, военных воспитателей. В США, кстати, этим активно занимается Пентагон. Мы должны готовить специалистов, которые хорошо знают все эти угрозы, понимают приемы, чтобы уметь отличать конструктивные инициативы от деструктивных.

Молодежная политика, с точки зрения ментального противоборства, – слабое звено. Есть отдельные успешные проекты, будь то наша «Юнармия», «Авангард» или «Сириус», волонтеры, поисковики, исторические реконструкторы. Но системные подходы в государственной молодежной политике еще предстоит выработать.

– Зарубежные страны тратят большие деньги, чтобы контролировать общественно-политическую сферу сопредельных с Россией стран именно через гуманитарные механизмы…

– МИД России занимается классической дипломатией и очень хорошо это делает, но есть еще и совершенно иное, и этим тоже надо заниматься. Например, годовой бюджет только одной из американских структур, которая занимается влиянием на общества зарубежных стран – USAID (Агентство США по международному развитию. – Прим. ред.) – более $20 млрд. Общий же бюджет на содействие развитию и гуманитарные программы – $40 млрд – и это только по линии Госдепартамента США, не считая другие американские правительственные агентства, частные фонды и НПО. Бюджет же Россотрудничества – $40 млн – без комментариев, что говорится.

Народная дипломатия, политика продвижения и влияния на зарубежное общество – наше слабое звено. В советские времена был такой гуманитарный проект – «Борьба за мир», борьба в обоих смыслах этого слова. Сегодня это вновь востребовано, и если умно вкладывать средства в инфраструктуру и влияние, можно многого добиться. Еще раз подчеркну: не «покупая» сторонников, а продвигая наши ценности, которые сейчас все более актуальны.

Здесь нужен системный подход – расширять коммуникации, создавать инфраструктуру, в том числе для привлечения в Россию иностранных студентов, культурного обмена и т.п. Важно формировать коалиции не только стран, но и людей, своих сторонников, благо люди к нам сами тянутся, мы видим это. Социальный пример мы уже задаем – один «Спутник V» завоевывает гораздо больше умов, чем сотни публикаций.

Необходимо разумно дистанцироваться от нарастающего мирового хаоса, провести мобилизацию внутренней и внешней политики для максимальной защиты национальных интересов. Надо сосредоточиться и не просто выдержать давление извне и сопротивление пятой колонны изнутри, но переходить к геостратегическому реваншу. Наша сила – в правде, это наше гипероружие в ментальной войне.

Россия XXI века должна стать современной державой – народной империей, где на платформе традиционных ценностей нашей цивилизации и суверенитета, обеспеченного самой современной армией в мире, сильное государство реализует стратегию сбережения и преумножения народа российского. Так победим!


Беседовал Вячеслав Сутырин


[1] Керсновский А.А. Философия войны. М.: Юрайт, 2020.

[2] Шебаршин Л.В. КГБ шутит: Афоризмы от начальника советской разведки. М.: Алгоритм, 2012.

🔥56 просмотров
Страницы ( 2 из 2 ): « Предыдущая1 2
Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомить о

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

1 Комментарий
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии